 |
Телевидение и коммунисты — за плутократию
Как телевидение всего мира реагировало на кризис в России? Мгновенно объявило планетарной катастрофой, из которой необходимо искать выход. Причем всем. Ведущие зарубежные телеканалы переверстали запланированные программы: отменили выпуск дорогих ток-шоу, сдвигали игры, сериалы и даже рекламу. Сутками в режиме нон-стоп передавали новости из Москвы, сводки с бирж, комментарии ведущих политиков, прямые включения экспертов. Но при самой детальной фиксации происходящего руководствовались одной главной установкой: предлагать варианты спасения российской экономической и политической систем. На глазах миллионов своих сограждан западные СМИ не просто моделировали последствия возможных сценариев развития событий, но обязательной конструктивностью анализа, обсуждением продуктивных схем вовлекли рядовых португальцев, ирландцев или люксембуржцев в здоровые переживания по поводу самоубийственной судьбы близких соседей по континенту.
Психология сторонних наблюдателей
Наше ТВ переживало национальную драму, естественно, иначе. Ничего экстраординарного в телевизионной аналитике за три недели предложено не было: привычно трагические пророчества, разночтение и невнятица оценок, казалось бы, объективное, но при этом мазохистское описание Страха, отслеживание сенсационных новостей и слухов из закулисья политической элиты «этот согласился, а тот отказался»… Одним словом, обыкновенное заполнение необеспеченной созидательными смыслами громокипящей пустоты.
Ну ладно: позиция частных каналов известна, но РТР-то могло отважиться на что-то, кроме десятиминутных бесед политических лидеров с Николаем Сванидзе. Кто мешал после 23 августа когда стало ясно, что экономический кризис узаконен политически перекроить эфир и начать серьезный нервный беспрецедентный разговор с соотечественниками. Почему вместо амбициозных монологических заявлений нескольких фигурантов политической сцены никто не спровоцировал их участие чего ни разу за три недели так и не было сделано в совместных дискуссиях в прямом эфире. Вместо традиционных селекторных совещаний лидеров фракции у Евгения Киселева.
Можно представить и другие сюжеты: почему бы для начала Пугачевой с Киркоровым не расспросить в студии господина Дубинина, что это такое злосчастные ГКО и чем обернется вдруг объявившаяся пирамида для благосостояния их не самой бедной семьи? Если бы Никита Михалков прямо из своей монтажной студии в Париже обсудил вместе с Виктором Степановичем или Юрием Михайловичем преимущества разных вариантов выхода из коллапса; если б академик Лихачев рассказал, как Россия прежде умела выходить из лихолетья, подобно тому, как академик Панченко по каналу «Культура» разъяснял вековую ненависть народа к чиновничеству, то убежден безвыходная ситуация обрела бы иную остроту. И глубину. И контекст. Почему бы, скажем, Владимиру Познеру не тряхнуть стариной и не провести несколько телемостов с аналитиками и банкирами США, а генералу Лебедю не рассказать, наконец, избирателям о своих до сих пор неизвестных экономических принципах? Действительно ли он намерен, как в Красноярске, в приказном порядке останавливать цены?
Кто мешал ОРТ или НТВ собрать пресловутых лидеров семибанкирщины в одной студии хотя бы для того, чтобы они, вопреки всеобщему убеждению, доказали, что на народном несчастье много заработали вовсе не они. Программе «Совершенно секретно» даже не пришло в голову молниеносно экранизировать в серии «Двойной портрет» жизнь и приключения того режиссера-кукловода, которого Немцов назвал Распутиным наших дней.
Вместо этого в судьбоносный момент (может, оттого, что он «очередной») все политические передачи продолжали строиться по принципу погружения в текучку или обслуживания имиджа собеседников своих ведущих. Отслеживались мельчайшие изменения в настроении товарища Зюганова, накопление критического пафоса господином Явлинским, блистательное лицедейство Жириновского. Но никто даже не попытался спросить премьер-министров Эстонии или Болгарии о преимуществах и недостатках взятой ими на вооружение схемы аргентинца Доминго Кавальи. И уж совсем неловко взять интервью у президента Южной Кореи о том, как его сограждане во имя спасения отечественных финансов сдавали личное золото и драгоценности. В связи с этим нельзя ни приветствовать актуальнейший профессиональный бросок Михаила Леонтьева, расспросившего дальновидного генерала Пиночета о технологии успешных чилийских реформ.
В отличие от нашего президента, который на этот раз, видимо, струсил и не обратился с живым словом к каждой семье, канцлер Коль в экстремальной ситуации наверняка не отказался бы напомнить, что конкретно делали немцы в сорок пятом сорок девятом годах, когда им было намного хуже, чем нам.
Малодушно повели себя не только молодые реформаторы, на три недели покинувшие эфир, оставившие на объяснительный произвол своих сторонников. Неадекватными оказались и настоящие лидеры страны те, кто кормит Россию: губернаторы регионов-доноров, люди, мне казалось, яркие, легитимные, ответственные. Что стоило Титову, Аяцкову, Пруссаку, Шаймиеву, Тяжлову, Яковлеву, Росселю потребовать от председателя РТР одного часа совместных дебатов. Целый день можно было рекламировать такой концептуальный взрыв, а затем дать его в прайм-тайм: миллионы бы увидели, что же планируют делать во вверенных им территориях самые мощные администраторы. Как на наших глазах они договариваются. Консолидируются не в привычном торге и подковерном перетягивании каната, а в создании идейно кредитоспособной партии власти.
Почему же всего этого не было? Уверен, не из-за бездарности или трусости. Не от того, что даже в голову не пришло. Все наше телевидение и олигархическое, и государственное давно разучилось что-нибудь строить, внятно разговаривать с людьми и пытаться достигать хоть какого-то плодотворного результата. А так же конструктиво думать о нечто большем, чем о мозаичной фиксации момента.
Катастрофу готовили целый год
Сколько бы не уверяли генералы СМИ в своей пропагандистской невинности, доказывать уже не надо, что это не так. Дело не в том, что телеканалы задают все контексты прочтения и интерпретации ими же и распространяемых смыслов. Каждое мгновение времени они формируют так называемую повестку дня: какие темы, с кем и как сегодня обсуждаются. А о чем разговора нет. Мы ведь, как и весь мир, вошли в эпоху виртуального существования. Только крайние обстоятельства могут теперь заставить людей выйти на улицу или отсидеть на партсобрании. Вся социальная активность в России протекает ныне в основном в телевизоре. А это больше, чем формирование представлений и ценностей. Это и есть жизнь.
С помощью ТВ можно раздуть панику, а также ее остановить. Можно снимать премьер-министров, укрупнять или стирать политические фигуры. Манипулировать нашими умонастроениями. Реальная социальная практика в последние годы перекочевала в эфир, а малоизвестные стране начальники информационных телеслужб вместе с популярными обозревателями стали членами супервлиятельного негласного политбюро.
Все мы прекрасно видели: наше предусмотрительное телевидение задолго готовило страну к кризису. С октября прошлого года на пределе интенсивности: выпуски новостей верстались как сводки с фронта; оба правительства и Черномырдина, и Кириенко, подавались как натуральное исчадие ада; рубль всеми психологически возможными средствами тащили к девальвации. Людей заставляли идентифицироваться исключительно с поражением. Личным. Реформ. Страны. Когда, к примеру, Андрей Черкизов в крик призывал своих слушателей не платить налоги, он вроде бы радел о бедных. Но в конечном счете включался в накачивание той атмосферы смыслов, из которой уже другие (не горланы, а главари) делали большие деньги. Да и как можно доверять национальной денежной единице, когда всех нас уговорили не доверять никому? Сначало правительство растратило вовсе не финансовые, а психологические кредиты, а уже затем неминуемо пало.
Средства массовой информации занимались грандиозной задачей: созданную в течение последних лет плутовскую систему цинично объявили либеральным капитализмом и во имя выгод тех же плутократов громили ее! Не надо забывать, что перманентный кризис это триумф плутократии. Блестящая пропагандистская работа ТВ, сопровождавшая выгодные финансовым мародерам махинации плюс ошибки власти, завершилась искомым результатом. Экономика, но что намного важнее представления о лучшей доле и перспективах так называемого электората были развернуты в противоположном обновлению страны направлении. К началу лета перекоммутация общественного мнения была «успешно» завершена.
Сегодня, когда задачи сдерживания реформ сняты, все, наверное, заметили, что НТВ и ОРТ не дают две «черные» новости из каждых трех. Всю зиму огнедышащий дракон Доренко хорошо поставленным басом призывал к антиправительственному топору. А сегодня он мягким баритональным тембром делает реверансы сердобольной Наине Иосифовне. Не говоря о том, что уже открыты радио- и телеантикоммунистические кампании, а Станислав Кучер в своей программе «Обозреватель» сделал прежде неслыханный по вольнодумию жест, сказав: «Не бойтесь завтрашнего дня».
Красноречивые фигуры умолчания
Абсолютно все наши большие телеканалы занимаются, с одной стороны, трансляцией значительных объемов содержательного по сухому остатку мусора (не путать с пустячком основным смысловым приоритетом ТВ-6), а с другой сильной концепцией умолчания.
Телевидение исключило из сферы внимания не только сам жанр обсуждения оппонентами в одном кадре ключевых тем выхода из кризиса. Но два года молчало о чудовищных экономических последствиях раздутого Думой бюджетного дефицита, на котором в сочетании с ГКО так и не названные злоумышленники сделали состояния. Ни единой передачи не было на тему: «Как вам живется на местах, товарищи, при вами же избранных красных губернаторах?» Ни одного слова о реальном содержании макроэкономических программ ежедневных телегероев Геннадия Зюганова и Виктора Илюхина (не верю, что руководителям каналов не пришло в голову спросить их о том, что предполагают делать антирыночники с рынком ценных бумаг, как они относятся к свободно конвертируемой валюте или к национализации частной собственности?). О том, что такое настоящая конкуренция с западными товарами по Лужкову или банковская система по Лебедю? Не благодаря же государственной цензуре медиа-холдинги запретили себе обсуждать механизм быстрых банкротств или преимуществ свободного рынка земли?
Телевидение никогда не касалось табуированных тем: конкретной цены, заплаченной гражданами страны за экономические последствия заблокированных Думой законов? Избегало любого сколько-нибудь содержательного обсуждения самого фундаментального экономического рычага отечественной системы: природы, технологии и искусства повсеместного воровства (кроме, конечно, тех случаев, когда требуется засветить Чубайса и ему подобных). Как вообще могло получиться, что при росте ВВП в прошлом году всего на один процент по сравнению с 1996-м реальное потребление обнищавшего народа выросло аж на 17 процентов.
Да разве перечислишь все то, что невыгодно, а посему кажется неуместным (как это ни парадоксально) обсуждать и борцам с частной собственностью и магнатам из финансово-информационным групп. Например, причины неспособности российских товаров вытеснить у себя дома, в России зарубежные. Или истоки неготовности к решению проблем неотвратимой безработицы. Трудно даже представить себе на нашем ТВ сюжет, обозначенный в лоб, как это сделал канцлер Коль на немецком: «Нет реформ нет и денег».
Секреты и обманы
На первый взгляд, стратегические интересы не только идейных наследников Ленина, но и лиц, принимающих решения на капиталистическом ТВ, абсолютно противоположны. Но почему и те, и другие, выступая в качестве попутчиков, единодушно накачивали атмосферу беспросветности, превратных представлений о происходящем. Вместе боролись против «антинародного» правительства, психологической стабилизации, против банкротства беспомощных крупных предприятий… Искали идеалы только в прошлом и никогда в будущем. (Отчасти то была реакция на бывшую идеологему о светлом будущем, а на самом деле призыв, допустим, что и неосознанный, к мрачнейшему прошлому.) Именно в виртуальной реальности у общества создали убеждение, что демократия и реформы близнецы-братья. Что вместе с реформаторами приходят бандиты и что альтернатива рынку есть.
В сущности, идеологи телевидения и КПРФ (так вышло) выступали (по крайней мере, до последнего месяца) практически за одно и то же. За то, что не противоречит интересам отечественной плутократии! И тем, и другим нужны очень медленные реформы, основанные на сговоре с великим отечественным чиновничеством. Нужно очень много слабого подконтрольного узкому кругу государства, чтобы было кому давать взятки, делить казенный пирог. Строить капитализм «для своих», непременно обеспеченный демагогией о социальных приоритетах. Его можно с тем же успехом назвать и новым социализмом «для всех».
Штатные сотрудники масс-медиа, конечно же, оскорбятся: «А как же быть с несметными антикоммунистическими нападками СМИ? Документально подтвержденным издевательством над идеалами партии „будущего всего человечества“?» Предлагаю в ответ на это кажущееся недоумение вспомнить, во-первых, элементарное шахматное правило: ходом считается конкретное передвижение фигур по доске, а не намерения и слова, которые это передвижение сопровождают. А во-вторых паталогический антиисторизм. Забвение собственного опыта то, что именно благие побуждения защитников бедного народа в первой трети нашего века обернулись очень скоро адом для него.
Наше телевидение уже два года не возражает и против генеральной доктрины коммунистов: «Весь народ страдает от реформ. Мучается, как никогда». Не будет же оно, действительно, сравнивать нынешнюю ситуацию с любым эпизодом собственного исторического прошлого. Скажем, с пятью миллионами загубленных жизней только за переход от НЭПа к коллективной собственности. О другом не говорю…
Суждения телекомментаторов на тему «так жить нельзя» по своей установке совершенно идентичны стилистике думских депутатов. Вот и Евгения Примакова убедили в том, что за чертой бедности живет не 23% населения, как это было по статистике до начала лета, а абсолютное большинство. При этом проведенные до 17 августа опросы показали, что почти две трети психологически замороченного населения тем не менее приспособились к рыночным реформам. Что произошла общенациональная революция притязаний. То есть мы хотим разнообразных благ намного сильнее, чем готовы потратить личные усилия для их достижения.
Телевидение развратило нас не столько эротическими сценами демонстрируемых в детское время фильмов, сколько своим убеждением, что не ты сам, а дядя в Кремле обязан позаботиться о тебе. Так что под эгидой ценностной заботы о неприспособившейся к новой жизни части нашего общества, перевернутая пирамида подобных представлений на самом деле обслуживает интересы вовсе не бедных людей!
Народ против телевизора
Итак, масс-медиа не предложили обществу ни одного заметного жеста, мобилизующего его стратегические интеллектуальные и человеческие ресурсы. Скажем, не нашлось ни одного генерала ФСК, который, взяв на себя патриотическую ответственность и риск, рассказал бы: кто, как и когда обваливал рубль. У среднего класса который обескуражен, пущен телевидением по ложному следу и за это лето потерял практически все, нет ни своих героев, ни своей программы. Задумываясь сегодня, кто является общепризнанным лидером, ответа не найдешь.
Людям трудно выскочить из психологических тисков эфира, отдавать себе отчет в том, что ими манипулируют. Но я убежден, что обыватели намного жизнеспособнее политиков, от которых мы так зависим в жизни и на телеэкране. Стоило в последние дни августа замаячить «призраку коммунизма», а думским красным заявить о своих претензиях на реальную власть, как нация побежала за постным маслом и макаронами. Люди испугались вовсе не неудач рыночных реформ и не роста цен (на спичках и туалетной бумаге не наэкономишься), они опасались даже не реставрации рабства (это проблема занимает в основном интеллигенцию). А померещившейся им изнурительной борьбы за повседневное существование. Инстинкт самосохранения подсказывал: не верьте коммунистам, ничего они уже не знают, не умеют… В сущности, они даже на осознанную диктатуру неспособны. От них исходит только хаос. Так что домохозяйки в очередях стояли не за гречкой и мукой, а средний класс вздыхал не о своих потерях…
Избиратели провели убийственное для КПРФ и родственного ей института олигархов пока еще подсознательное общенациональное политическое голосование.
|
