Наталья Венжер, Даниил Дондурей

«Забудьте про СССР!»

ВГИК-2008. Материалы социологического исследования

Постановка проблемы

В последнее десятилетие в России, во всяком случае в крупных городах, сложилась сеть современных кинозалов, число которых приближается к двум тысячам. Постоянно увеличиваются сборы средств от кинотеатрального показа, составившие в 2008 году 830 миллионов долларов. Растет количество «кинофабрик» — съемочных баз, часто не уступающих европейским стандартам. Сюда приходят мировые мейджоры — не только дистрибьюторские, но уже и фильмопроизводящие компании, которые конкурируют с нашими старыми киностудиями. Кинопроизводством занялись и крупные отечественные телеканалы, которые в соревновании блокбастеров обыгрывают своих зарубежных конкурентов, поставляя на экраны кинотеатров чемпионов проката. И это без учета конвейерного производства телесериалов, практически вытеснивших из прайм-тайма признанных производителей «мыльной» продукции, включая американцев.

Факультет анимации и мультимедиа

В связи с этим в постсоветское время возникла сравнительно новая проблема: катастрофически не хватает персонала высокой квалификации как творческого, так и среднего звена. Пожалуй, кроме актеров, которых готовят не только киноинституты, но и многочисленные театральные вузы, нет ни одной кинопрофессии, в которой не чувствовался бы острейший дефицит специалистов. В результате слабая обеспеченность кадрами во всех сферах современного кинобизнеса — одно из серьезнейших препятствий и для развития имеющейся инфраструктуры, и для качества продукции, и, следовательно, для обеспечения конкурентоспособности российского искусства и кинопромышленности в целом.

Казалось бы, кардинальные перемены должны были плодотворно сказаться и на кинообразовании. Но это произошло лишь частично. Во-первых, в силу естественного консерватизма этой сферы вообще, во-вторых, из-за самой смены экономической модели. Если в советские годы кинематограф был в фокусе забот государства, то в новые времена оно, хотя и признало необходимость оказывать финансовую поддержку кинематографу, в остальном положилось на благое действие рынка. К сожалению, «заказчики», «потребители» профессиональных кадров за последнее десятилетие настолько привыкли к давно сложившемуся положению дел, что так и не осознали необходимость коренного обновления кинообразования. Не возникло соответствующих импульсов и внутри самих киношкол.

Вместе с тем в последние два-три года состояние подготовки творческих и менеджерских кадров как проблема, как драма все более осознается нашим кинематографическим сообществом.

Кинооператорскийфакультет

Сергей Мирошниченко, режиссер-документалист и педагог ВГИКа, говорит: «Я присутствовал на обсуждении первого выпуска продюсерского факультета и задал его преподавателям вопрос: „Участвовали ли ваши выпускники в поиске денег или финансирования хотя бы одной студенческой работы за все время обучения?“ Ответ меня немало удивил: „Нет, мы даже запрещаем это делать“. Аргументированно обосновать такую педагогическую позицию никто не мог. Уметь доставать деньги на проект — профессиональная обязанность любого продюсера: искать вложения, а не зарабатывать в процессе производства картины. И если человека этому не обучили, то завтра от него будет больше вреда, чем пользы...»

Продюсер Сергей Сельянов: «Не хватает школы, понимания, что такое драматургия. Сценаристы работают как-то стихийно. Очень плохо представляют себе законы, по которым делается сценарий. Может быть, знают их теоретически, но никак не используют в конкретной работе... Сценарий переписывается по десять раз, меняются авторы, и все-таки очень тяжело добиться нужного результата... В кино режиссер работает с большим количеством людей, он должен всех подчинить своей воле, заразить своим проектом, удерживать всю команду, добиваться от каждого того, что ему нужно. Необходимость лидерства — очевидная вещь. Но учат ли этому во ВГИКе?.. В системе образования что-то хочется немедленно поправить...»

«С молодыми режиссерами сложно договориться об окончательной версии монтажа, — рассказывает режиссер и продюсер Юрий Мороз. — После института, где учат снимать в основном короткометражки, молодые люди приходят на студии часто совершенно неподготовленными: они не могут распределить траекторию фильма, почувствовать его масштаб, тем более, как говорится, его особое дыхание».

Нина Зверева, директор учебного центра компании «Амедиа», утверждает: «Креативных и исполнительных продюсеров, вторых режиссеров да и профессиональных авторов сериалов не хватает просто катастрофически.

Сегодня должность режиссера телевизионного фильма делят два специалиста — один работает с актерами, второй занят видеорядом. И оба спорят, кто из них «главный». Часто это происходит просто из-за того, что нет специалиста, совмещающего функции и умения того и другого«.

Художественный факультет

В результате продюсерам приходится возмещать непрофессионализм нанятых ими молодых кинематографистов, что вызывает многократное умножение риска и, соответственно, увеличение сметы, компенсирующее неумение полуспециалистов снимать качественный конкурентоспособный продукт. Недостаток в профессиональных кадрах в киноотрасли оценивается в 30-35 процентов (по данным компании Movie Research). В числе дефицитных профессий вторые режиссеры и операторы, ассистенты режиссеров и операторов, осветители и киномеханики, специалисты по спецэффектам и компьютерной графике и т.д.

Особая часть проблем связана с технической подготовкой кинематографических кадров. «Во ВГИКе, к примеру, элементарно нет долби-студий, — сетует Станислав Ершов, директор Киностудии Горького. — Как можно выучить человека на инженера перезаписи, если он никогда не сидел за пультом современного звукового оборудования? Как можно обучить оператора движению камеры при работе над эпизодом военных действий, если он не понимает, что такое медитативное напряжение съемки одним планом?..»

Даже из приведенных экспертных заключений очевидно, что высокая стоимость труда в нашей киноиндустрии не соответствует уровню подготовки специалистов. По оценкам экспертов до 60-70 процентов производственного бюджета фильма уходит на гонорары, в первую очередь актерские. Это связано с завышенными представлениями о кассовых сборах фильмов — мифом о доходности производства, достаточно высокими зарплатами на телевидении, в том числе и звезд, которые на практике не гарантируют увеличение посещаемости. Гораздо более сильным манком для зрителя сегодня становится новая зрелищность. Однако появление уникальных технических возможностей для производства востребованного кино в последние годы значительно опережает качество подготовки специалистов в наших профильных вузах, что, в свою очередь, тормозит экранную «виртуальную революцию».

Характеристики социологического исследования

Предварительное знакомство с нынешним состоянием нашего кинообразования (по материалам отчетов, публикаций и бесед с представителями разных сфер кинобизнеса) заставило нас предположить, что, к сожалению, ВГИК, как и другие учебные заведения страны, сегодня не может обеспечивать подготовку творческих и исполнительских кадров, вполне отвечающих потребностям современного кино- и телепроизводства. Разбор причин этого обстоятельства, собственно, и составил содержание нашего исследования.

Художественный факультет

Первый этап. Социологический опрос (анкетирование). В начале работы выяснялось мнение самих участников педагогического процесса — преподавателей и студентов ВГИКа — об учебных программах, уровне преподавания, а также их понимание того, насколько полученные знания соответствуют требованиям, которые предъявляет современная практика. Учитывая многочисленность участников, основным инструментом исследований было выбрано анкетирование репрезентативного количества педагогов и студентов. При этом многие вопросы, предназначенные для преподавателей, совпадали с теми, которые были обращены к студентам. Это позволило зафиксировать позиции людей, находящихся по разные стороны «баррикад», почувствовать их ролевые и мотивационные различия, понять, как оценивают они реальную ситуацию.

Опрос проводился в марте-апреле 2008 года. Было распространено около 700 «студенческих» и около 100 «преподавательских» экземпляров анкет. После изучения и отбраковки некондиционных ответов осталось 460 студенческих ответов — более чем репрезентативное число (см. табл. 1).

Таблица 1

Распределение анкет по факультетам и курсам

Явное численное преимущество некоторых факультетов не случайно: при сборе анкет мы изначально старались, чтобы большая их часть пришлась на четыре основных факультета: режиссерский, продюсерский, операторский и сценарно-киноведческий.

Преподаватели вернули только сорок анкет, поэтому в процессе обработки мы использовали все полученные листы, даже если они не отвечали строгим критериям, принятым в подобных исследованиях. Все ответы были анонимными.

Описание полученных результатов

Опыт многолетних исследований позволяет утверждать: установление референтных групп по «кругу смотрения» дает более или менее адекватное представление о пристрастиях, ценностных ориентациях, фактическом поведении и — шире — о профессиональных и личностных — социально-психологических — характеристиках «картин мира» разнообразных сообществ. Тем более специально занимающихся кино. Поэтому одним из важных элементов опроса стали пункты, в которых предлагалось назвать десять «лучших фильмов всех времен и народов», отечественных и зарубежных отдельно. Причем для студентов не были указаны временные рамки, так что они имели возможность выбирать из бесконечного списка — от Люмьеров до Звягинцева. Преподавателям же предлагался выбор из фильмов последнего пятилетия, потому что иначе, как нам казалось, они были бы связаны слишком большим списком статусных шедевров, обязательным для курса истории кино, где самым новым тенденциям и именам могло просто не хватить места.

Учебные съемки

Помимо выявления групповых и корпоративных мнений участников образовательного процесса представлялось необходимым зафиксировать знакомство студентов и педагогов с кинематографией последнего десятилетия, знание важнейших эстетических, стилевых, сюжетных новаций. Мы надеялись, что этот метод позволит проанализировать наличие стереотипности мышления и/или групповые и личные отклонения опрашиваемых от обязательного следования школьному канону. Найдем ли мы в списках только известных режиссеров, давно попавших в так называемые «обоймы», или встретим более редкие имена? Косвенно ответы на этот вопрос позволили бы определить, насколько студент или педагог насмотрен, знаком ли он не только с оценками, зафиксированными в традиционных учебных курсах, но и читает ли рецензии и другую специальную кинолитературу, посещает ли фестивали, дискутирует ли на форумах и конференциях. Наконец, отваживается ли респондент представить собственное мнение об исторической и современной иерархии в мировом кинопроцессе. Эти ответы позволяют также обнаружить подчас скрытые позиции студенческого сообщества и преподавательского корпуса в оценках лидеров и аутсайдеров актуального кинопроцесса.

Преподаватели

Сразу скажем, ответы педагогов оказались для нас полной неожиданностью и, к сожалению, разочаровали (напоминаем, что мы располагали суждениями всего лишь сорока человек, и при этом не могли судить о статусе и профессиях наших рецепиентов в силу обязательной анонимности). В списке лучших — 102 названия картин последних пяти лет, в том числе 57 отечественных и 45 зарубежных. Так как единичные упоминания могут отражать не только и не столько корпоративные, сколько личные предпочтения опрошенных, для анализа «круга смотрения» педагогического коллектива мы выбрали фильмы и режиссеров, которых назвали не менее двух участников опроса (то есть с рейтингом >2).

Здесь российских из 49 названий — 28, остальным вкупе досталось 21 место. В общемировую топ-десятку чудом удалось пробраться лишь братьям Коэн с их последним «Оскаром». (Они разделили почетные аж 7-9-е места с Меликян и Попогребским.) Остальные — исключительно отечественные авторы. Нисколько не подвергая сомнению достоинства фильмов Лунгина, Михалкова или Звягинцева, хотелось бы понять, почему общепризнанные мастера мирового кинематографа не могли бы составить им конкуренцию? Тем более что вопросы были сформулированы таким образом, что никого из соотечественников, дорогих сердцу преподавателей, исключать было не нужно — список просто мог быть больше. Странный факт: почти никто из преподавателей, принявших участие в опросе, не воспользовался предоставленной возможностью назвать по десять лучших лент пятилетия в каждой из категорий, российской и зарубежной. Многие не доходили даже до нижней границы, установленной в анкете, — пять названий.

Четко зафиксировалось особо суровое отношение воспитателей российской киномолодежи к зарубежному кинематографу: по мнению большинства опрошенных, за это «бесплодное», как можно понять из их ответов, пятилетие мировой кинематограф пополнил списки фаворитов всего двумя-тремя названиями. Отвечавшие на этот вопрос не соблазнились и возможностью перечислить хотя бы каннских, берлинских, венецианских, наконец, московских лауреатов. По-видимому, среди значительного разброса мнений, свойственных педагогическому корпусу института, в одном все отвечавшие солидарны: нынешнее мировое фестивальное движение не имеет никакого отношения к состоянию мирового кинематографа. Никак не влияет на развитие киноискусства и не отражается на успехе/неуспехе национальных кинематографий. Более снисходительно оценивается престиж «Оскара» — упоминались его номинанты: «Нефть» Андерсона (5 упоминаний в 40 анкетах!), «Вавилон» Гонсалеса Иньярриту (4), «Королева» Фрирза и «Жизнь других» Доннерсмарка (по 3). Более «древние» лауреаты Американской киноакадемии приоритетных позиций не удостоились.

Естественно, аналогичные закономерности обнаруживаются и в списках приоритетных режиссеров. Здесь 46 из 89 имен — российские, а в списках с рейтингом >2 — 29 из 49. Процент «патриотических» предпочтений еще выше. Как объяснить тот факт, что в топ-десятке режиссерских имен наряду с лидерами — Михалковым, Звягинцевым, Лунгиным — встречаются и неожиданные для банального киносознания имена, не всегда понятно. Например, Иван Соловов (5-6-е места, которые он делит с Сокуровым, у обоих рейтинг 8) или режиссер-дебютант Александр Миндадзе, обогнавший с тремя очками солидную компанию «двоечников», в которую входят Скорсезе, Муратова, Вуди Аллен, фон Триер и прочие хрестоматийные имена. Сколько еще и какие еще ожидаемые имена отсутствуют в преподавательских предпочтениях, говорить не стоит — об этом говорит стереотипность преподавательской селекции. Среди российских лидеров чаще всего упоминаются признанные общим мнением фильмы минувшего года и, соответственно, их авторы: «Александра» Сокурова, «Исчезнувшая империя» Шахназарова, «Путешествие с домашними животными» Сторожевой, «Изображая жертву» Серебренникова. Интересно, что в список лучших фильмов педагоги включили и два сериала: «Ликвидацию» Урсуляка и «Завещание Ленина» Николая Досталя. Даже кинематографисты не делят фильмы по каналам трансляции: «кино» — все, что они видят на любом экране.

Студенты

Мы намеревались проанализировать статистику по каждой из профессий в отдельности, а затем сравнить результаты, останавливаясь на профессиональных особенностях восприятия. Полученные данные свидетельствуют: в своем отношении к кино, в своем выборе лучших студенты выступают практически единой референтной группой. Различия, конечно, есть, но они не выходят за рамки личностных, вкусовых пристрастий, скорее зрительских, чем профессиональных. Общность оценок объясняется, как нам кажется, иерархией имен и произведений, традиционной для той незыблемой концепции, которая выработана в советском киноведении за предшествующие пятьдесят лет.

До половины названий занимают единичные упоминания, которые требуют более скрупулезного анализа. Поэтому для групп более 100 опрошенных мы выделили фильмы с рейтингом более 4 (это режиссеры и продюсеры), для остальных — более 3. Наиболее полную информацию дали ответы студентов режиссерского факультета — в 132 анкетах названы 623 фильма, из которых 155 получили рейтинг более 4. Мы проанализируем их содержание, а о выборе студентов остальных специальностей упомянем лишь в тех случаях, когда их предпочтения будут существенно отличаться от предпочтений будущих режиссеров.

Сразу скажем: студенты ВГИКа более половины голосов отдали отечественному кинематографу. При этом львиная доля выбранного принадлежит советским фильмам. У режиссеров, например, она составляет 47 процентов. При этом только они в списке избранных отважились понизить присутствие отечественных названий ниже 50 процентов. У остальных они занимают от 59 до 70 процентов общего списка. Второе место в иерархии обоих списков у режиссеров занимает кино Европы, в чем с ними согласны только студенты сценарно-киноведческого факультета (чья «заслуга» тут больше — сценаристов или киноведов, установить невозможно). Все остальные вполне предсказуемо отдают «серебро» американцам. Позиция продюсеров здесь естественна, потому что именно эта профессия больше всего должна приближаться к вкусам транснациональной по своей природе массовой аудитории. Треть голосов преподавателей, отданная американскому кино, может объясняться уже отмеченным их неприятием нового кино Европы и Азии. Мы не сомневаемся, что, если бы преподаватели не были ограничены последним пятилетием, обращение к великим классикам только повысило бы их оценки кинематографа Европы.

Особенно интересно, как нам кажется, соотношение между советским и российским внутри отечественного. У продюсеров в общем списке соотношение СССР — Россия равно 2,5:1, у сценаристов-киноведов 3,4:1; у кинооператоров 5,6:1. В списках лидеров — фильмов с рейтингом более 3-4 — соотношение еще более показательно: у режиссеров 12,5:1, у продюсеров 4,4:1, у сценаристов-киноведов 5:1, у кинооператоров 19:1. Интересно было бы определить, какую долю этих предпочтений определяет, так сказать, зрительский выбор, а какую — профессиональный.

Если предположить, что последний все же оказывает какое-то влияние, тогда можно прийти к совершенно неутешительным выводам: если студенты-режиссеры очень невысоко оценивают работу своих современников и сверстников, то операторы — их просто не признают! И лишь продюсеры и киноведы более или менее терпимы к российской продукции последнего десятилетия, хотя предпочтение, отданное классике — в 4-5 раз, — никак нельзя признать обнадеживающим в оценке молодыми современного кино.

В этой связи очень информативны топ-списки фильмов — по странам и времени производства. В студенческой режиссерской десятке — 8 советских фильмов и 2 европейских. В двадцатке — 13 советских, 7 европейских и 2 американских. Российских фильмов нет вообще. Из более или менее современных зарубежных — только «Криминальное чтиво». В десятке, названной продюсерами, 6 советских, 2 российских (оба Михалкова) и 1 американский фильм — «Унесенные ветром». В двадцатке — 10 советских, 3 российских (добавлен «Остров» Лунгина) и 5 американских. Как видим, продюсеры и здесь сближаются с мнением публики.

У сценаристов-киноведов в топ-десятке — 8 советских фильмов и 2 европейских. В первых восемнадцати названиях — 12 советских, 3 европейских, 2 российских и 1 американский. У кинооператоров в первой десятке — 8 советских и по одному из Европы и США, в первых восемнадцати — 12 советских, 3 европейских, 2 американских и 1 российский («Возвращение» Звягинцева).

Некоторой неожиданностью оказалось для нас первое место, которое фильм «Летят журавли» занимает в трех списках — у режиссеров, продюсеров и кинооператоров. И только студенты сценарно-киноведческого факультета поставили этот фильм на пятое место, отдав первенство «Зеркалу».

Отчетливо рисуется картина студенческих предпочтений и по таблицам иерархии режиссерских имен. Первое место во всех списках занимает Андрей Тарковский с заоблачным суммарным рейтингом 585 баллов, 460 студентов назвали его фильмы 585 раз. Нет ни одной анкеты без Тарковского! В списках — все семь его фильмов (кроме студенческих) и каждый с очень высоким рейтингом.

Второе — пятое места делят в разных сочетаниях на разных факультетах Калатозов, Михалков, Эйзенштейн и Феллини. В сводной таблице они располагаются именно в таком порядке. В перечень фильмов Эйзенштейна обязательно входят «Броненосец «Потемкин» и «Иван Грозный», реже — «Александр Невский» и «Стачка». «Октябрь» не упомянут ни разу. В четырех случаях из пяти в десятку попадает Сергей Бондарчук, главным образом с фильмами «Война и мир» и «Судьба человека», дважды — Антониони и Кубрик. По одному разу встречаем мы имена Иоселиани, Чаплина, Джармуша, Соловьева, Германа, Норштейна, Меньшова и Балабанова. Второе место Калатозова обеспечивают в первую очередь «Летят журавли», которые по рейтингу оказываются, как мы уже говорили, выше отдельных фильмов Тарковского. Два других фильма, вошедших в списки — «Я — Куба» и «Соль Сванетии», — добавляют немного голосов. Список Феллини возглавляет «81/2», затем «Дорога» и «Ночи Кабирии».

Очень интересно отношение к Никите Михалкову. Он оказался единственным действующим советским режиссером, у которого максимальные рейтинги принадлежат двум его фильмам последних лет — «12» и «Утомленные солнцем». В списки лидеров попали также последние работы Станислава Говорухина и Карена Шахназарова, но их рейтинги заметно ниже. Фильмы других отечественных лидеров, поставленных в постсоветский период, остались незамеченными подавляющим большинством опрошенных студентов. Да и педагогов тоже. Печальным симптомом нам показалась скромная оценка творчества Алексея Германа-старшего: 17-е место — у режиссеров и 9-е — у киноведов.

Режиссеры ТОП-20