 |
Народ уговорили не вставать с колен
Эксперты НВФ в своих экономических советах могут себе позволить не принимать в расчет умонастроения граждан России. Не понимать, что они для нее не менее судьбоносны, чем самые мудрые поступки правительства. Но наши-то главные начальники сплошь воспитанники комсомола и КПСС не имеют права не думать о сверхзначении силы идей. О том, что общественное мнение важнейший и давно уже самодостаточный фактор экономики. А значит эффективный механизм политики. Такой же стратегический ресурс, как земля, нефть, золотовалютный запас или уровень образования нации.
Власть лукавит, не признавая, что основные военные действия против нее идут не в парламенте или на рынке ценных бумаг, а в головах миллионов налогонеплательщиков. Неслучайно формулировки «нет доверия к власти», «рынок ждет, уставший донельзя», «отсутствие веры в рубль», «предчувствие хаоса» заимствованы из социальной психологии. Ведь грамотная работа с массовым сознанием и технологична, и потрясающе экономически эффективна. Надо только захотеть.
Как получилось, что реформаторские силы оказались не готовы к развязанной еще осенью прошлого года олигархами холодной войне с властью за умы соотечественников? Результат известен: лишь 7 % россиян считают сейчас, что они выиграли от проводимых реформ, а 60 % что проиграли.
Объявлен неизбираемым
Суть информационной, а точнее идеологической войны проста. Поверив, что с коммунизмом покончено, а электоратом можно манипулировать как угодно, несколько финансовых кланов обиделись на президента за его принципиальное желание вести страну в настоящий, а не «рынок по-русски», представляющий собой плутовскую систему с ее теневой экономикой, корпоративностью, запуганным населением, политической нестабильностью. Ту систему, при которой во всех порах жизни сохраняется очень много государства, а значит возможности на его подконтрольности делать очень большие деньги.
Посему так важно было, не откладывая, втолковать Ельцину, что он с нынешними устремлениями неизбираем на третий срок.
Все для такой идеологической атаки было под рукой. Во-первых, небольшие финансовые средства, позволяющие при запуганных русскими страшилками «нерезидентах» удачно играть на понижении курса ГКО; во-вторых, собственные СМИ и, в-третьих, пригодные для решения этих целей установки творческой интеллигенции, до сих пор уверенной, что своим плачем о народных тяготах она не пополняет кошельки мироедов, а напротив, поддерживает несчастных. Оставалось только поиграть с архетипами массовых социалистических убеждений.
К радости своих противников Ельцин самозабвенно верит в независимость прессы и после собственных оглушительных поражений на информационном поле продемонстрировал беспомощность и слабость. В мае он встретился с руководителями ТВ и слегка пожурил их за… необъективность. Тем самым дал понять можете, друзья, начинать охоту и на рубль, и на меня ничего вам за это не будет.
Технология манипулирования
Окрыленные таким поворотом событий, частные СМИ стали действовать по классическим законам «промывания мозгов», и легко уверили нацию отвернуться от правительства.
Почти все (за исключением РТР) телеканалы, многие радиостанции и газеты на протяжении двух месяцев между 20 мая и 15 июля представляли исключительно одних шахтеров, оборонщиков, медработников нескольких репрессивных регионов (а у нас их 89). Сюжеты главных выпусков новостей подбирались таким образом, чтобы у зрителя осталось ощущение, что земля буквально разверзается под ногами. Был введен запрет на другого рода социальную информацию, на все то, что не укладывалось в концепцию катастрофизма. Важно было, видимо, посадить население на иглу превратных представлений о реальности. Даже среднему классу, а это ныне уже почти 30 % населения, удалось привить, как показывают последние опросы, антиреформаторские настроения. А как могло быть иначе, если диктор «ТВ Центра», как само собой разумеющееся, говорит: «Когда в стране все так плохо…», а ведущий сотрудник НТВ уверен: «Новости это когда очень серьезно говорят об ужасных вещах».
Самые плачевные сюжеты давались исключительно в подробных репортажах, а также в специальных политических клипах. Уже в разгар рельсового противостояния ОРТ и НТВ предлагали в каждом вечернем выпуске новостей подчас не менее десяти устрашающих сюжетов из тринадцати-пятнадцати.
Кульминацией информационной компании стали события вокруг Газпрома. Например, 3 июня в передачу «Герой дня» был приглашен такой эксперт по топливным и налоговым проблемам, как Зюганов, а он объяснил: наступление на главного российского монополиста означает стремление правительства «расчленить страну». «Парламентский час» на РТР полностью зачитал обвинительное заключение парламента, в котором перечислялись преступления президента, а «Обозреватель» на Шестом канале представил детали заговора против генерала Рохлина.
И так изо дня в день, из часа в час в любых, независимо от их целей и жанра программах. Идет интенсивнейшая психологическая обработка с использованием таких правил пропагандистского искусства, как спецподбор тем и материалов, эмоциональная завербованность, метод «прицепного вагона» в аргументации, запрет на выражение точки зрения противоположной стороны и так далее.
В середине июля ситуация была разогрета до простейшей схемы «стимул реакция», почти по Павлову. Ее точно сформулировал один биржевой аналитик из передачи «Большие деньги»: «Услышал новость испугался. И все». Каждый может провести элементарный эксперимент, своего рода контент-анализ: отметить черной ручкой все слова, замечания, оценки, сюжеты (и не только информационных выпусков), голосующие за гибнущую Россию, а зеленой за выживающую. У вас в глазах потемнеет.
К тому же шла блестящая работа с «ободряющими» слухами: «налоги не соберут», «забастовки не остановят», «деньги МВФ не даст», «правительство потеряло контроль над ситуацией». А рядом анонимные сообщения о грядущем перевороте, серия провокационных статей в «Независимой газете», интервью сотрудников администрации о нездоровье Ельцина или, скажем, чуть ли не моральная индульгенция, выданная радиостанцией «Эхо Москвы» тем, кто не платит налоги «такому непрозрачному» правительству.
Экономика, естественно, не могла соответствующим образом не отреагировать. Ведь если бегуну на дистанции зрители, соперники, судьи со всех сторон кричат: «У тебя сейчас будет инфаркт!», куда же денешься…
Еще одна успешная штабная заготовка использование механизма так называемой «отыгранной новости». Если нельзя упомянуть о редком позитивном сообщении, то она помещается в такой «кислотный» контекст, который его обессмысливает. Именно так было погашена информация об очередном транше МВФ в 670 млн. долларов, уверен, что точно также будет дискредитирована победа, связанная с только что полученными кредитами в 14 миллиардов. При этом ведущими СМИ будут долго смаковаться «страшные последствия» переноса на осень торгов по Роснефти. Подобная технология психологической переоценки сути дела позволяет вывернуть наизнанку любое содержание сообщения, если оно по какой-то причине не полезно транслятору. При этом естественно, что должностным преступлением считаются обстоятельства, при котором журналисты забывают регулярно напоминать своим клиентам: «Вы получаете самую объективную и абсолютно неинтерпретированную информацию».
Интересно, каким это образом Сергей Кириенко в создавшейся ситуации собирается вывести страну из кризиса к началу ноября, если практически вся агитация в его подразделениях поручена противнику? Это как если бы во время Сталинградской битвы политработой в советских частях занимались сотрудники ведомства Геббельса. А ведь сегодня большая часть семиотического пространства контролируется прекрасно оснащенными и обученными профессионалами противостоящих правительству сил, проводящих, как и полагается спецслужбам, «активные разъяснительные мероприятия».
Деньги и власть произрастают из слов
Но, безусловно, главная чудодейственная обманка бойцов невидимого фронта состоит в том, что частные СМИ ничего не формируют, тем более не навязывают, а только отражают. Раз жизнь такая, то и эфир есть зеркало, на которое неча пенять.
Вопрос, конечно, непростой. Во-первых, как и кем в этом случае решается кардинальная проблема выбора: что именно отражать, в каком контексте и самое важное как комментировать, а что не заметить. Во-вторых, если по психике бьют определенным отбором жизненных фактов, то сознание отключается и ничем, кроме страха, не может управляться. Не зря же цивилизация выработала специальные лекарства для подобных случаев такие, к примеру, как надежда, вера, воля к победе. Голливуд именно на этом ценностном топливе контролирует 72 % мирового экранного времени.
Еще одна объяснительная отмычка действует по известной логике «держи вора»: «Власть пытается поставить СМИ под контроль». Если телеканал или газета принадлежат частному лицу и бичуют правительство, они объявляются свободными, во всех остальных случаях нет. Конечно, все разговоры о неангажированности средств массовой информации типичная «уловка 22». Трюк людей, в отличие от наших экономических зашоренных либералов, прекрасно знающих, что мир давно управляется виртуальными реальностями. Известно, что войну в Персидском заливе выиграли, можно сказать, по телевизору. А некогда любимая поговорка «Сколько ни говори „халва“, слаще не станет» в современном мире уже давно поменяла свой смысл на прямо противоположный.
Олигархи против рынка разве это не нонсенс? Но именно к этому неотвратимо ведет сама логика развития нынешней информационной войны. Чтобы максимально дискредитировать правительство, СМИ приходится наступать по всем направлениям обыденной жизни. Ну, а если все новое приносит только горе, возникает жесткий вопрос: кому вообще нужны реформы? Разочарование в них достигло апогея. Неспроста же ни один телеканал или газета не предложили общественного обсуждения имеющихся альтернатив нынешнему экономическому курсу. Не было ни одной полноценной дискуссии на эту совсем не третьестепенную тему.
Пожалели средств на идеологию
Но ведь зачем-то власть так настойчиво сдает одну идеологическую позицию за другой? Не могут же герои нашей политической сцены, лично отвечающие за практику и перспективы реформ, целый год скрывать от своих соотечественников, что те живут в условиях информационной войны. Почему же тогда они молчат о своем праве начать ответные действия? Как вообще могло произойти, что Черномырдин, Чубайс, Немцов, Юмашев, Гайдар и, конечно же, Ельцин позволили нескольким командам приватизировать главнейшие инструменты формирования самосознания, памяти, самих чувств россиян (государству сейчас принадлежит меньше 10 % телемощностей).
Конечно, СМИ вполне могут находиться в частной собственности, но когда десятилетиями отлажены институты рынка, укоренились массовые демократические убеждения, пройдена критическая точка устойчивости общественной системы. Но в наших-то условиях власть не могла не понимать, что тем самым отдала историческую миссию оценки и отношения к процессам обновления России в чужие руки, а посему многие ее действия сегодня оказываются обезвоженными, попросту теряют смысл и перспективы. Представления людей не эфемерность, не болтовня, а в конечном счете многие миллиарды зря или разумно истраченных рублей, враждебный или благосклонный к модернизации парламент, погашенная или разбуженная энергия развития.
Большинство населения в нынешнем действительно плюралистическом обществе не способно самостоятельно ориентироваться в сложном суррогате взаимоисключающих ценностных и поведенческих программ. В ситуации, нагнетаемой невнятицей критериев того, что хорошо, а что плохо, срабатывают естественные защитные механизмы глубинные стереотипы бывших советских людей, так и не переживших собственный Нюрнбергский процесс над коммунизмом. Многие ведь до сих пор убеждены, что существует заговор мирового империализма против нашей страны, что свободная продажа земли и предприятий есть продажа родины, что справедливость заключается в честном перераспределении, что бизнес это всегда надувательство, что богатые люди аморальны, что порядок важнее индивидуальной свободы, а от реформ всегда страдают только простые люди. Как надо не уважать свой народ, чтобы накачать убийственную для него атмосферу, отвечающую подобным стереотипам. Вся эта многотрудная работа делается с усердием, не снившемся в эпоху ЦК КПСС, ведь если народ не захочет встать с колен он никогда это не сделает.
Так называемые реформаторы не сумели (да и не пытались) предложить стране внятную миллионам программу модернизации, не объяснили природу непременных трудностей, не договорились о сроках, не добились национальной сплоченности, как это произошло в Польше или Чехии, не сделали ни одного социально значимого жеста. Не оттого ли люди продолжают думать, что трудятся не у своего работодателя, а у президента и нужно только добиться денег из Кремля. Им забыли сказать, что произошла революция возможностей, которую русские люди еще не знали в своей истории, тем более никому не объяснили, что нынешняя ситуация вполне щадящая. Мы рано испугались первых тягот, сопровождающих перемены. Даже близко не прошли испытания свободой, ответственностью, у нас, слава Богу, нет настоящей массовой безработицы, да мы еще и не умеем конкурировать с иностранными товарами в собственной стране. У нас непомерные ожидания, а национальная сплоченность существует только в одном: уклонение от налогов.
Сподвижники Ельцина даже не растолковали носителям такого сознания, что нельзя безболезненно решить титаническую задачу перейти из одной экономической формации в другую. Цена прошлого аналогичного перехода между ноябрем 17-го года и летом 21-го выразилась в одиннадцати миллионах загубленных жизней.
Какую цену мы согласны заплатить на этот раз?
На войне как на войне
Что следовало бы делать понятно. Немедленно создать федеральный антитеррористический центр в сфере общественной психологии, способный приступить к работе по выводу населения России из гетто ощущения поражений и беспросветности.
Неужели вместо выигранного футбольного матча нам, как и раньше, нужна не холодная, а настоящая война, чтобы мы начали, наконец, гордиться собственной страной? Почему бы не попросить мэра Москвы ответить на простой вопрос: каким это образом 10 миллионов людей, живущих в столице «гибнущего» государства, оказываются способными нормально существовать в четвертом по дороговизне городе мира? Ну, не чужеземное же это поселение, в самом деле!
А что если совершить святотатство и рассказать нашим гражданам, что при пресловутом отсутствии роста производства у нас оказались фантастические масштабы реального потребления 17 миллионов личных автомобилей, 4,5 миллиона туристических путевок в дальнее зарубежье, проданных только в 1997 году, а всего 12 миллионов человек имеют возможность ежегодно съездить за границу; несметное количество денег, потраченных на приобретение еды, одежды, стройматериалов, бытовой техники, квартир и дач…
Вот все привычно сетуют на непомерные налоги, но каждый предприниматель знает, что он платит далеко не все и делает максимально возможное, чтобы не показать реальную прибыль, а переправить ее себе и своим сотрудникам. Доля личных доходов ВВП составляет почти 60 %, а доля налогов с физических лиц лишь 3 %. Таков истинный смысл всех истерик о налогах в России.
Конечно же, телевидение неслучайно не разу не обмолвилось и о том, что действия бастующих шахтеров по части политических лозунгов противоречит воле большинства населения 56 % избирателей (почти полста миллиона человек, которые проголосовали за Ельцина). Оппозиционеры ведь не сумели собрать ни одной демонстрации больше 10 тысяч. Как же тогда можно навязывать свои взгляды? Это как с зарплатами с перебоями ее не получают максимум 5-7 миллионов работающих (настоящие причины этого ужасного положения здесь разбирать не будем), а вовремя почти 60 миллионов. Но весь мир убедили, что не платят никому.
Средства массовой информации никогда не напомнят зрителям, слушателям, читателям, что коммунисты, которые сегодня вдохновляют шахтеров, являются прямыми наследниками партии, без тени сомнения расстрелявший в 1962 году шахтерскую демонстрацию в Новочеркасске.
Как только находится человек, способный объяснить, что же происходит в реальности, так сразу же возникает поворот восприятия. Не потому ли, в частности, Евгений Киселев совершил непростительную для профессионала оплошность, когда 5 июля пригласил в прямой эфир нового председателя правительства. Молоденький руководитель очень быстро и по всем статьям переиграл аналитика-тяжеловеса, растолковав путанную ситуацию с Газпромом: кто, сколько, кому и когда был должен; кто и зачем ввел в заблуждение. Премьер так успешно поиронизировал над другими «острыми» вопросами своего знаменитого интервьюера, что теперь, видимо, ему будет закрыт доступ к прямому эфиру основных телеканалов собственной страны.
«Нет» (или «да») фашизму?
Накачивать силы протеста легко, если расширить его за счет электоратов Явлинского и Лужкова. Решая эти задачи, СМИ действует вовсе не за счет неприятия лично Ельцина, а за счет что куда более опасно разоблачения рыночных устремлений. И именно за это безрассудство нам в самом ближайшем будущем придется дорого заплатить. Таким образом несколько лет назад власть сделала всех нас заложниками уверенности олигархов в том, что они поймали золотую птицу манипулирования массовыми представлениями за хвост. В 1996 году избрали нынешнего президента, сегодня немножко подзаработают, благодаря разыгранной общественной истерии повалив рубль, а завтра легко справятся с хаосом, избрав от имени народа тот состав парламента и ту систему власти, которая сохранит притягательный для них рынок по-русски. И действительно, безнравственные избирательные идеологии уже вытеснили ценностные.
Ну, а что если эти господа переоценили возможности такого программирования общественного сознания, свою способность подвинуть его сегодня налево, завтра направо, уверенность в том, что интеллигенция в очередной раз не подведет, а молодежь при так называемом изменении курса не потеряет ни личной свободы, ни «Макдональдсов», ни возможности заводить собственное дело. Теперь, кажется, даже коммунисты убеждены, что это чуть ли не они накормили вечно голодную страну. Но ведь так легко заиграться на необъятном российском складе идейного горючего, забыть о том, что здесь всегда медленно запрягают, но потом бунтуют беспощадно.
Преуспевающие российские предприниматели, не владеющие СМИ, не могут не задумываться о том, что их бизнес, будущее, дети по чьим-то амбициозным целям втягиваются в эпицентр термоядерного идейного распада, не могут не понимать: сегодня не осталось других идей, кроме национализма и изоляции.
Еще одно недоумение. Один из блистательных медиа-магнатов говорил недавно в «Коммерсанте» о фашизме как самой реальной современной угрозе. Но обсуждал это так, словно не его работники раскачивают нормативно-ценностную систему общества, не предлагая каких-либо значимых альтернатив. В результате люди действительно обескуражены куда идти, за кем и зачем? Другой наш демиург на «ТВ-6» призывает к немедленной консолидации, но при этом в день отставки правительства Черномырдина выстреливает националистической провокацией фильмом Невзорова «Чистилище».
Из-за нашего страха или мнительности мало кто сейчас позволяет себе договаривать до конца, куда же заведут невинные, казалось бы, антирыночные отступления? Или же о том, что нынешняя информационная война преддверие гражданской. Проиграв ее, власть (к сожалению, я в этом уверен) так и не сумеет извлечь уроки из надвигающейся трагедии, вызванной разоблачением в народе демократического устройства жизни.
Неужели до сих пор не очевидно, что в холодной войне, точно также, как и в войне гражданской, нет и не может быть победителей.
|
